Редакция журнала «Хунци»
Редакция газеты «Жэньминь жибао»

По какому пути идти — по социалистическому или по капиталистическому?

(15 августа 1967 г.)

Председатель Мао Цзэ-дун говорит:

Социалистический строй в конечном счёте заменит капиталистический строй — это объективный закон, независимый от воли людей. Как бы реакционеры ни пытались затормозить движение колеса истории вперёд, революция рано или поздно произойдёт и неизбежно одержит победу.

«Речь на юбилейной сессии Верховного Совета СССР в честь 40-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции»

Современный Китай находится в фокусе мировых противоречий, является центром бурь мировой революции.

Куда идёт Китай? По пути социализма или же по пути капитализма? Это не только коренной вопрос китайской политики, но и вопрос, касающийся судеб мировой пролетарской революции.

В течение десятилетий на каждом историческом этапе развития китайской революции и в каждый её ответственный переломный момент внутри Коммунистической партии Китая в отношении этого коренного вопроса всегда существовали две в корне противоположные линии, шла ожесточённая борьба.

Одна линия настаивает на том, что китайской революцией должен руководить пролетариат, что эта революция должна, пройдя через этап новодемократической революции, перейти к этапу социалистической революции, что революция в условиях диктатуры пролетариата должна быть доведена до конца и что её конечной целью должно быть построение коммунизма. Это — пролетарская революционная линия, представляемая нашим великим вождём Председателем Мао Цзэ-дуном.

Другая линия сводит на нет гегемонию пролетариата в китайской революции, осуществляет буржуазный реформизм, на этапе социализма выступает против социалистической революции и диктатуры пролетариата, за следование капиталистическим путём, то есть старым путём, обрекающим Китай на возвращение к мраку полуколониального, полуфеодального общества. Это — буржуазная реакционная линия, которую непрерывно насаждали Чэнь Ду-сю, Цюй Цю-бо, Ли Ли-сань, Ван Мин, Чжан Го-тао вплоть до самого крупного лица, идущего по капиталистическому пути и стоящего у власти в партии. Причём эта реакционная линия наиболее концентрированно представлена этим лицом.

Две в корне противоположные линии определяют для китайской революции две диаметрально противоположные перспективы и судьбы. И именно в ходе борьбы этих двух линий китайская революция под руководством нашего великого вождя Председателя Мао Цзэ-дуна, сметая все препятствия, победоносно движется вперёд.

По какому пути пойдёт Китай — такова сущность этой борьбы. Вопрос о власти, то есть о том, какой класс будет осуществлять диктатуру, всегда находился и находится в фокусе этой борьбы.

I

Наш великий вождь Председатель Мао Цзэ-дун учит: узловым пунктом программы Коммунистической партии Китая на этапе демократической революции является объединённая диктатура всех революционных классов под руководством пролетариата; а на этапе социалистической революции — диктатура пролетариата в форме демократической диктатуры народа.

Свой великий труд «О новой демократии» Председатель Мао Цзэ-дун начинает с вопроса: Куда идёт Китай? В этом блестящем марксистско-ленинском труде он всесторонне, с глубоким пониманием и систематически обобщает исторический опыт китайской и мировой революции, научно определяет политическую, экономическую и культурную программу новодемократической революции и со всей ясностью указывает путь перехода от новодемократической революции к революции социалистической. Председатель Мао Цзэ-дун пишет: «Первая фаза, первый этап этой революции ни в коем случае не должен привести и не может привести к созданию в Китае капиталистического общества буржуазной диктатуры, а должен привести к созданию новодемократического общества объединенной диктатуры всех революционных классов Китая под руководством китайского пролетариата, на чём и завершится первый этап. Затем революция будет переведена на второй этап — этап построения в Китае социалистического общества».

Председатель Мао Цзэ-дун сурово опроверг реакционные бредни об установлении в Китае диктатуры буржуазии. Он чётко указал: судя по международной обстановке и внутренней обстановке Китая, всякий, кто мечтает создать капиталистическое общество диктатуры буржуазии, в конечном счёте не может не броситься в объятия империализма и, следовательно, превратить Китай в империалистическую колонию и полуколонию, в составную часть империалистического реакционного мира. Здесь Председатель Мао Цзэ-дун дал суровую отповедь не только давно уже ославившемуся правому оппортунисту Ван Мину, но и разоблачённому теперь самому крупному лицу, идущему по капиталистическому пути и стоящему у власти в партии.

Это самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, является старым оппортунистом и ревизионистом, представителем буржуазии, пролезшим в нашу партию.

Ещё в начале двадцатых годов он пел на тот же лад, что и ренегат Чэнь Ду-сю. Злобно обрушиваясь на пролетарских революционеров, он говорил относительно захвата власти, что, мол, «судя по нынешней обстановке в Китае, конечно, не может быть и речи, чтобы такой незрелый пролетариат мог сразу же его осуществить. Поскольку это дело далёкого будущего, о нём не стоит много дискутировать»5-1.

Вскоре после контрреволюционного переворота, совершённого Чан Кай-ши 12 апреля 1927 года, и опять-таки ни на шаг не отступая от ренегата Чэнь Ду-сю, он приказал рабочим пикетам в Ухане сдать гоминьдану несколько тысяч винтовок. Более того, он собственной персоной явился на совещание, созванное рабочим отделом ЦИК гоминьдана, чтобы доложить о так называемом «добровольном роспуске рабочих пикетов Генеральным профсоюзом провинции Хубэй, о его значении и ходе»6-1.

После опубликования работы Председателя Мао Цзэ-дуна «О новой демократии» он опять выскочил на сцену, предприняв бешеную атаку против этой книги и обрушивая нападки непосредственно в адрес Председателя Мао Цзэ-дуна. Он даже дошёл до того, что стал превозносить Чан Кай-ши как «знамя революции» и говорил: «Я считаю, что китайская революция может проводиться под знаменем трёх народных принципов гоминьдана куда успешнее, чем под другим знаменем, по крайней мере, на этапе демократической революции»6-2. Он злобно шипел: «Почему мы не выступаем за претворение в жизнь трёх народных принципов, а настойчиво ратуем за другое?»6-3. Здесь этот матерый оппортунист совершенно разоблачил себя как ренегата, выступающего против революции и предающего революцию!

После победы в войне Сопротивления японским захватчикам американские империалисты пытались с помощью своего цепного пса — Чан Кай-ши превратить Китай в своё нераздельное колониальное владение. Именно в это время между китайским народом, с одной стороны, и империализмом, феодализмом и бюрократическим капитализмом, с другой, шла борьба не на жизнь, а на смерть. То была решающая схватка двух судеб и двух перспектив Китая. Перед пролетариатом ещё более остро встал вопрос о власти. Своевременно указывая на это всей партии и всему народу, Председатель Мао Цзэ-дун в своей блестящей речи «Обстановка после победы в войне Сопротивления японским захватчикам и наш курс» отмечал: «…предстоит борьба за то, какое строить государство. Строить ли руководимое пролетариатом новодемократическое государство широких народных масс или же строить полуколониальное и полуфеодальное государство диктатуры крупных помещиков и крупной буржуазии? Эта борьба будет очень сложной. В настоящий момент она находит своё выражение в том, что Чан Кай-ши стремится узурпировать плоды победы, завоёванные в войне Сопротивления, а мы боремся против этого. Если в данный период появится оппортунизм, то он выразится в отказе от упорной борьбы, в добровольной передаче в руки Чан Кай-ши плодов победы, которые должны принадлежать народу». Председатель Мао Цзэ-дун также указал: «Чан Кай-ши неизменно стремится лишить народ малейшей крупицы власти и не упускает ни малейшей крупицы выгоды. А мы? Мы проводим курс — действовать острием против острия, бороться за каждую пядь земли». «Сейчас Чан Кай-ши точит меч, поэтому и нам нужно точить меч».

Представитель оппортунизма, которого Председатель Мао Цзэ-дун критикует здесь, не кто иной, как самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии. В тот исторический момент решающей схватки двух судеб, двух перспектив Китая этот матерый оппортунист снова выдвинул возведённую им в систему линию национального и классового капитулянтства, линию, направленную против революции и предающую революцию. Он трубил о том, что «главной формой борьбы в китайской революции стала мирная, парламентская борьба, борьба легальная и массовая, борьба парламентская»8-1. Он требовал, чтобы наша партия полностью передала в руки Чан Кай-ши армию и вооружение, чтобы наши войска «стали подразделениями национальной армии, армии национальной обороны, войск общественной безопасности и отрядов самозащиты», требовал «ликвидировать партийные организации» в армии и добивался того, чтобы наша партия «прекратила осуществлять непосредственное руководство и командование армией и отдала её под единое руководство министерства обороны (имеется в виду гоминьдановское министерство обороны. — Прим. ред.9-1. Он думал всем этим прельстить Чан Кай-ши — принаряживался, чтобы предложить ему свои услуги. Он без зазрения совести заявил, что нужно «научиться вести выборную кампанию и добиваться того, чтобы все за тебя голосовали», «Мы станем одной из правящих партий (имеется в виду участие в составе гоминьдановского правительства. — Прим. ред.), мы уже не будем в оппозиции, а станем у власти, и некоторые сделаются чиновниками, чиновниками Центрального правительства. В 1927 году кое-кто уже занимал посты в Центральном правительстве, но потом началась война и их прогнали. На сей раз этого не случится»10-1. Вот, действительно, одним словом он раскрыл свои сокровенные мысли!

Предатели пролетариата — правые социалисты, старые ревизионисты Бернштейн, Каутский и им подобные — все они проповедовали парламентский путь, выступали против насильственной революции, предавали интересы пролетариата и служили в качестве украшения и пособников реакционной власти буржуазии. Самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, одного с ними поля ягода! Если и существует какая-то разница между ними, то она заключается в том, что самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, хотело обеими руками преподнести власть и армию народа противнику в то время, когда китайский пролетариат располагал более чем 1200-тысячной армией, а народная власть была создана в районах с населением, превышающим 130 миллионов человек. Такое крупное капитулянтство и предательство тем более гнусно и злостно!

Как раз в то время, когда самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, распродавало плоды победы, одержанной в войне Сопротивления японским захватчикам, во Франции и Италии нашлись такие лидеры «коммунистических партий», как Торез и Тольятти, которые заключали политические сделки с буржуазией за счёт завоеваний, приобретённых ценой крови и жертв народа. Они сдали буржуазии сотни тысяч винтовок — революционное вооружение пролетариата в обмен на несколько постов в буржуазных государствах вроде должности «заместителя премьера» и тем самым совершили преступление перед историей! В этот исторический переломный момент наш великий вождь Председатель Мао Цзэ-дун сказал нам: «Оружие народа, вплоть до единой винтовки и единого патрона, нужно сохранить и не отдавать». «Нельзя покорно отдавать завоёванные народом права, их необходимо отстаивать в боях». «Если же гоминьдан начнёт войну, то мы полностью разгромим его». Наш великий вождь Председатель Мао Цзэ-дун с величайшим героическим пролетарским бесстрашием выдержал натиск появившегося в международных масштабах регрессивного течения капитулянтства с его требованием «сдать оружие» и, смело борясь и смело побеждая, показал блестящий пример пролетарским революционерам всего мира. Всепобеждающие идеи Мао Цзэ-дуна продемонстрировали свою безграничную силу.

Именно под мудрым руководством Председателя Мао Цзэ-дуна наша партия, наш народ и наша армия, держась правильного курса и крепко сжимая в руках винтовку, пробились сквозь все и всякие препятствия. Победоносно идя вперед по широкой революционной дороге, они одержали в конце концов великую победу в Народно-освободительной войне и создали Китайскую Народную Республику. Таков был беспощадный приговор истории классовому и национальному капитулянтству самого крупного лица, идущего по капиталистическому пути и стоящего у власти в партии!

II

С провозглашением Китайской Народной Республики Китай вступил в новый исторический этап: он перешёл с этапа новодемократической революции на этап социалистической революции. В то время в центре борьбы двух линий стоял вопрос: по какому пути должен идти только что созданный новый Китай — по пути социализма или же по пути капитализма? В конечном счёте эта борьба сводилась к тому, какую диктатуру устанавливать в Китае — диктатуру пролетариата или диктатуру буржуазии?

Накануне победы новодемократической революции во всей стране Председатель Мао Цзэ-дун в своей блестящей работе «Доклад на втором пленуме Центрального Комитета Коммунистической партии Китая седьмого созыва» ясно указал: «После победы китайской революции во всей стране и разрешения аграрного вопроса перед Китаем всё ещё будут стоять два основных противоречия. Первое — внутреннее противоречие, то есть противоречие между рабочим классом и буржуазией. Второе — внешнее противоречие, то есть противоречие между Китаем и империалистическими странами. По этой причине после победы народно-демократической революции государственную власть в народной республике, руководимой рабочим классом, нельзя ослаблять, её необходимо усиливать».

Позже Председатель Мао Цзэ-дун в своей речи о генеральной линии партии в переходный период вновь указывал: Провозглашение Китайской Народной Республики 1 октября 1949 года означает, что этап новодемократической революции в основном пройден и начался этап социалистической революции. «Генеральной линией и центральной задачей партии в этот переходный период является постепенное осуществление социалистической индустриализации страны, а также постепенное осуществление государством социалистических преобразований сельского хозяйства, кустарной промышленности и капиталистической промышленности и торговли на протяжении довольно длительного периода времени. Эта генеральная линия служит маяком, освещающим все области нашей работы, и отход от неё в любой работе приведёт к правоуклонистским или «лево»-уклонистским ошибкам».

В момент этих новых крупных перемен самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, опять выскочило на сцену и в качестве глашатая буржуазии противопоставило себя пролетарской революционной линии Председателя Мао Цзэ-дуна. Он развернул бешеную деятельность, ратуя за развитие капитализма в городе и деревне. Он выдвинул лозунг: «Бороться за упрочение новодемократического строя»14-1. Он нёс чепуху о том, что якобы «в Китае капитализма слишком мало, а не слишком много», что «нужно развивать капиталистическую эксплуатацию» и что «эта эксплуатация прогрессивна»15-1; что «чем больше эксплуатации, тем больше заслуг», что «эта историческая заслуга бессмертна»15-2! Он ратовал за развитие и длительное сохранение кулацкого хозяйства в деревне. Несмотря на полное банкротство своего проекта буржуазной республики, он опять-таки выдвинул реакционную линию на развитие капитализма и установление диктатуры буржуазии в Китае.

Самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, всеми силами противодействовало развитию Китая по социалистическому пути. Он утверждал: «осуществление в Китае достаточно серьёзных мероприятий социалистического характера — дело довольно далёкого будущего»15-3. Понадобится-де двадцать, а то и тридцать лет, высказываются, мол, за разные сроки, но, как бы то ни было, с капиталистами всё же придется сотрудничать несколько десятков лет. Сначала, мол, нужно осуществить индустриализацию, а затем — национализацию промышленности и коллективизацию сельского хозяйства. «В будущем, когда будет осуществлена индустриализация, будет много заводов и будет производиться много продукции, тогда и будем строить социализм»16-1. Словом, «время строить социализм настанет тогда, когда Китай вступит в период промышленного перепроизводства»16-2. Вот тебе на — «период промышленного перепроизводства»! Ведь промышленное перепроизводство — характерная особенность капитализма. Одной этой фразой он выдал свою волчью натуру и стремление развивать капитализм! Фактически его рассуждения нисколько не новы. Это затасканная «теория производительных сил» из багажа Троцкого, Бухарина, Рыкова и прочих старых ревизионистов, разгромленная Лениным и Сталиным ещё в начальный период строительства Советского Союза. Он в корне отрицает роль диктатуры пролетариата и передовых социалистических производственных отношений как стимула в развитии производительных сил, в корне отрицает и то, что рабоче-крестьянские массы являются творцами общественных богатств и той подлинной движущей силой, которая даёт толчок развитию истории. Он признает только господ капиталистов и всецело опирается на их «бессмертные» «заслуги» в строительстве своего «идеального государства»!

Но что же представляет собой «социализм», о котором он говорит? Ниже приводим его изумительную тираду: «Ныне, в новодемократический период, вы, капиталисты, можете в полной мере развивать свою активность. А как быть, когда перейдём к социализму? Прошлый раз, в беседе с господином Сун Фэй-цином (Сун Фэй-цин — директор тяньцзиньской шерстяной фабрики «Дунъя», твердолобый контрреволюционер, который после освобождения страны превозносился до небес самым крупным лицом, идущим по капиталистическому пути и стоящим у власти в партии, и вскоре бежал за границу. — Прим. ред.) я сказал ему: «Сейчас у вас всего лишь одна фабрика. В будущем вы сможете открыть две, три… и даже восемь фабрик. Когда наступит социализм, то вы по распоряжению государства передадите фабрики государству или же государство выкупит их у вас. Если у государства временно не окажется средств, оно сможет выдать вам облигации государственного займа. Затем оно передаст все эти восемь фабрик в ваше управление. Вы по-прежнему останетесь директором, правда, директором государственных фабрик. Поскольку вы умеете работать, государство даст вам ещё восемь фабрик, итого в вашем ведении будет 16 фабрик. Зарплату вам не убавят, а, наоборот, повысят. Но вы должны управлять этими предприятиями как следует. Что же, устраивает ли вас это?» Господин Сун ответил: «Конечно устраивает». Так вот, когда наступит время созвать всех присутствующих на совещание, чтобы обсудить вопросы перехода к социализму, вы, несомненно, придёте на это совещание не с хмурыми, а с сияющими лицами»18-1.

Замечательно! Капиталист одной рукой продаёт государству восемь фабрик, а другой берёт от него шестнадцать в наживу. И это называется «социализм»! Услышав такое, целая группа капиталистов «с сияющими лицами» тут же заявила: «Прежде нам никак не удавалось допытаться, чего именно добиваются коммунисты. Теперь же мы кое-что поняли». Самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, с рабской угодливостью пообещало им: «Выпытывайте у меня всё, что хотите. Я буду сообщать вам обо всём, что вас интересует»19-1. Вот уж поистине низкопоклонство перед капиталистами, «доставка товара на дом». Ведь все без исключения новые и старые ревизионисты трубят о «мирном врастании в социализм», и тут живой образчик. Эти люди действительно «вросли» в капитализм! И разве этот главный представитель буржуазии, пролезший в ряды нашей партии, не показал сам своё отвратительное обличье во всей его мерзкой наготе?

Для отвода глаз самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, нет-нет да и бросало несколько лицемерных фраз о диктатуре пролетариата. Но диктатура пролетариата на его языке — это мнимая диктатура пролетариата и настоящая диктатура буржуазии.

Крайне ненавидя рабочий класс, он истошно кричал, что «и в рабочем классе есть ненадёжные люди» и «не думайте, что если опираться на рабочий класс, то всё будет в порядке»20-1. Зачеркнув одним росчерком пера классовую борьбу между пролетариатом и буржуазией, главной формой которой являются ограничения и борьба против ограничений, он нагло вопил: «отказ от ограничений на семь-восемь лет будет выгоден и государству, и рабочим, и производству»20-2. Он рьяно проповедовал: «пусть государственные и частные предприятия вместе согласовывают и в едином порядке распределяют всё, от сырья до рынков», «пусть все зарабатывают»20-3. Более того, он открыто призывал буржуазию к «борьбе» с пролетариатом, заявляя: «Вам необходимо вести борьбу с рабочими. Если вы не сделаете этого, то не пеняйте на компартию, когда рабочие своей борьбой доведут ваши предприятия до краха»20-4. Как видите, в его глазах государство диктатуры пролетариата, руководимое рабочим классом, призвано разделаться не с буржуазией, а с рабочим классом. Более того, он неприкрыто утверждал, что будто «сегодня нам не нужна диктатура одного класса. Мы должны представлять весь народ»21-1. Это ли не полная измена диктатуре пролетариата?

Бешено ополчившись на социалистическое преобразование сельского хозяйства и подрывая дело кооперирования сельского хозяйства, он клеветнически утверждал, будто крестьяне-бедняки, первыми выступившие с требованием организоваться, являются всего-навсего разорившимися «крестьянами-бедняками, которым не под силу вести единоличное хозяйство»21-2; будто мысль о превращении сельскохозяйственных бригад трудовой взаимопомощи в сельскохозяйственные производственные кооперативы является «ошибочной, опасной, утопичной идеей крестьянского социализма»21-3. В сговоре с кучкой правых оппортунистов он учинил расправу над кооперативами, распустив в разное время 200 тысяч сельскохозяйственных производственных кооперативов. При этом он со злостью заявлял: «Что значит допускать до самотёка? Наём рабочей силы, единоличное хозяйство нужно допускать до самотёка. Пусть у каждого будет по три лошади и по одному плугу — это очень хорошо. А вот, кто запрещает наём рабочей силы и единоличное хозяйство, кто не разрешает иметь по три лошади, тех нельзя пускать на самотёк»22-1. Таким образом, предоставляя кулакам свободу в усилении эксплуатации и лишая крестьян-бедняков и низших середняков свободы организоваться на началах трудовой взаимопомощи, он пытался превратить обширные сельские районы в царство кулачества, в позиции, с которых буржуазия оказывает сопротивление пролетариату.

Политическая власть всегда была и остаётся орудием угнетения одного класса другим. Если бы только что появившаяся на свет власть нового Китая развивала капитализм, а не социализм, ограничивала пролетариат, а не буржуазию, ограничивала крестьян-бедняков, а не кулаков, вела «борьбу» против пролетариата, а не вела борьбу против буржуазии и в корне отрешилась бы от своих функций подавления сопротивления буржуазии и защиты социалистической революции и социалистического строительства, то разве это не изменило бы в корне характер власти в новом Китае? Председатель Мао Цзэ-дун указал: «Если наша страна не создаст социалистическую экономику, то что из этого получится? Она превратится в страну наподобие Югославии, превратится в фактически буржуазное государство; диктатура пролетариата выродится в диктатуру буржуазии, к тому же в реакционную, фашистскую диктатуру. Этот вопрос требует максимальной бдительности, и я надеюсь, что товарищи хорошенько над ним призадумаются».

III

Существуют ли ещё классы и классовая борьба в социалистическом обществе после того, как в основном завершены социалистические преобразования собственности на средства производства? Следует ли отстаивать диктатуру пролетариата и доводить до конца социалистическую революцию или же отменить диктатуру пролетариата и открыть путь реставрации капитализма? Это был остававшийся неразрешённым в истории международного коммунистического движения большой вопрос в теории и практике.

В этот новый ключевой момент, момент исторического перелома, наш великий вождь Председатель Мао Цзэ-дун выступил со статьями: «О правильном разрешении противоречий внутри народа», «Речь на Всекитайском совещании КПК по вопросам пропагандистской работы» и другими трудами. В этих блестящих эпохальных документах обобщается международный исторический опыт диктатуры пролетариата и — впервые в истории развития марксизма — даётся научное, систематическое и углубленное изложение теории о противоречиях, классах и классовой борьбе в социалистическом обществе. Это — один из важных показателей того, что марксизм-ленинизм в своём развитии вступил в совершенно новый этап — этап идей Мао Цзэ-дуна.

Председатель Мао Цзэ-дун ясно указал, что в социалистическом обществе «классовая борьба ещё не закончилась. Классовая борьба между пролетариатом и буржуазией, классовая борьба между различными политическими силами, классовая борьба между пролетариатом и буржуазией в области идеологии остается длительной, развивается зигзагообразно, а временами принимает весьма ожесточённый характер». «У нас в обществе ещё остаётся часть людей, которые мечтают о реставрации капитализма и ведут борьбу против рабочего класса во всех областях, в том числе и в области идеологии».

Однако самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, рьяно проповедовало «теорию затухания классовой борьбы». Он делал нелепые утверждения о том, что-де в нашей стране больше не существует классов и классовой борьбы, «в социализм вступят и капиталисты, и помещики, и кулаки»25-1. «Отныне не будет ни революционной борьбы, ни аграрной реформы, ни социалистических преобразований», «героям негде показать свою доблесть, ведь больше нет помещичьего класса и буржуазии, которые надо ликвидировать»25-2.

Какая там «теория затухания классовой борьбы»! Это — чистейший обман. Такая же чепуха, что и «общенародное государство» и «всенародная партия», под прикрытием которых Хрущёв и ему подобные узурпировали партийное и государственное руководство; это — самая бесстыдная, самая полная измена диктатуре пролетариата! При помощи дымовой завесы «теории затухания классовой борьбы» самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, пытается усыпить бдительность пролетариата и трудового народа, чтобы дать помещичьим, кулацким, контрреволюционным, вредным элементам и прочей нечисти возможность вылезти изо всех щелей и развернуть бешеное нападение на пролетариат и, таким образом, подорвать экономический базис социализма, ниспровергнуть диктатуру пролетариата и осуществить реставрацию капитализма.

В этот период самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, то выступая на авансцену, то скрываясь за кулисами, развёртывало одно за другим бешеные нападения на социализм и диктатуру пролетариата. В 1957 году, перед тем как буржуазные правые элементы широко развернули нападение с целью ниспровергнуть нашу власть, он, злостно нападая на социалистический строй, заявил, что-де «абсолютно хорошего строя не существует» и «нехорошо считать, что только наш строй хорош, а все остальные неудовлетворительные»26-1. Он рекламировал буржуазную «двухпалатную систему», утверждал, будто «Народный Политический Консультативный Совет и Всекитайское Собрание народных представителей в некоторой степени носят характер верхней и нижней палат», и добавлял: «только это не предусмотрено в Конституции»27-1. Его замысел превратить Народный Политический Консультативный Совет и Всекитайское Собрание народных представителей в верхнюю и нижнюю палаты буржуазного парламента — это та же песня, что и «институт политического планирования», предлагавшийся союзом Чжан Бо-цзюня — Ло Лун-цзи. В 1959 году на Лушаньском пленуме ЦК партии он энергично поддерживал крупного интригана, крупного карьериста и крупного милитариста Пэн Дэ-хуая, возомнившего себя «Хай Жуем», и мечтал свергнуть руководство ЦК партии, возглавляемое Председателем Мао Цзэ-дуном. После того как на пленуме было вскрыто дело Пэн Дэ-хуая, он, продолжая координировать свои действия с Пэн Дэ-хуаем, занимался втайне подстрекательством, вынашивал тёмные планы обработать и превратить уже подготовленный протокол пленума в анти-«левацкий» документ, направленный против пролетарской революционной линии Председателя Мао Цзэ-дуна. Позже он открыто обрушивался с нападками на Лушаньский пленум и делал нелепые утверждения о том, что-де «Лушаньский пленум допустил ошибку», что «не следовало вести борьбу против правого оппортунизма»28-1, что «борьба против правого оппортунизма была неправильной» и «вызвала осложнения во всей стране»28-2. Особенно в трёхлетний период временных трудностей он вместе со всей нечистью внутри и вне страны развернул ещё более лихорадочную деятельность, направленную на контрреволюционную реставрацию капитализма. Обрушиваясь со злобными нападками на генеральную линию, большой скачок и народную коммуну, он кричал: наша экономика стоит на грани краха, сейчас «обстановка вовсе не благоприятна»28-3, «в экономике диспропорции»29-1, «на 70 процентов в этом виноваты люди, а на 30 процентов — стихийные бедствия», «в союзе рабочих и крестьян возникли весьма острые противоречия». Он демагогически утверждал, что настроение у крестьян сейчас «неважное», у рабочих — «неважное», у кадровых работников — «наверно тоже неважное»29-2 и т.д. и т.п. Кроме того, он истошно кричал: «Нам нужна оппозиция, нужна открытая оппозиция и среди народа, и в рядах партии»29-3, так он подготавливал общественное мнение к захвату власти буржуазией. Он ратовал за линию на увеличение приусадебных участков, расширение свободного рынка, увеличение числа мелких предприятий, несущих самостоятельную ответственность за прибыли и убытки, и закрепление производственных заданий за крестьянскими дворами, он вызвал поветрие на восстановление единоличных хозяйств, заявляя, что-де «необходимо в достаточной мере, отступить и в промышленности, и в сельском, хозяйстве, в том числе закрепить производственные задания за крестьянскими дворами и восстановить единоличные хозяйства»30-1, что «нет ничего странного в том, что в обществе народятся буржуазные элементы, не надо бояться разгула капитализма»30-2.

В борьбе на международной арене он проповедовал линию на капитуляцию перед империализмом, современным ревизионизмом и реакцией различных стран, на тушение пламени революционной борьбы угнетённых народов, проповедовал линию на отказ от борьбы с империализмом, современным ревизионизмом и реакцией различных стран и на уменьшение поддержки революционной борьбы народов, заявляя: «даже и с США мы надеемся улучшить отношения». Он ещё стремился «развивать дружественные отношения» с США30-3. Он утверждал: Хрущёв «не в силах реставрировать капитализм в Советском Союзе», Хрущёв «действительно» против империализма. «Мы должны идти на союз с ним», «искать общее при наличии разногласий», «выступать совместно против империализма»30-4. Он открыто требовал, чтобы Коммунистическая партия Бирмы сложила оружие, и говорил: «Можно обойтись без этого оружия, можно закопать его в землю или переформировать войска в части армии национальной обороны»31-1. «Пойти на сотрудничество» с Не Вином, «с какой целью?» — чтобы «вести социалистическую революцию»31-2.

В августе 1962 года он снова выпустил в свет свою чёрную изменническую в отношении диктатуры пролетариата книгу «О работе над собой», следуя советам которой чем дальше, тем больше перерождаешься в ревизиониста. Эта книга стала тогда тем «лейтмотивом», с помощью которого горстка контрреволюционных ревизионистов подготавливала общественное мнение к реставрации капитализма.

Все факты этой потрясающей борьбы показывают, что после сокрушения в основном экономического базиса капитализма самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, ни на минуту не прекращало своей преступной деятельности, направленной на реставрацию капитализма. Особенно в трёхлетний период временных трудностей он, обнажив своё звериное обличье, поднял антипартийное чёрное знамя, каркая, что «нам нужна оппозиция», что надо повернуть назад! На политическом, экономическом и культурном фронтах он повёл всестороннее наступление на партию и социализм, что создало весьма серьёзную угрозу для пролетарской власти. Если бы мы следовали его контрреволюционной ревизионистской линии, то в деревнях возникло бы широкое классовое расслоение крестьянства, а в городах развелось бы много новых буржуазных элементов; широкие массы рабочих, крестьян-бедняков и низших середняков были бы снова ввергнуты в пучину бедствий, снова ввергнуты в рабство; были бы вынуждены влачить тяжёлое, нечеловеческое существование; экономический базис социализма был бы совершенно подорван, власть пролетариата в корне переродилась бы, история повернула бы вспять на старый путь — путь полуколониального, полуфеодального общества. Такова страшная картина грозившей нам опасности!

В 1962 году на X пленуме ЦК партии восьмого созыва наш великий вождь Председатель Мао Цзэ-дун выступил с великим призывом «никогда не забывать о классовой борьбе», то был боевой сигнал ко всестороннему контрнаступлению пролетариата на буржуазию. И самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, что «кузнечик поздней осенью», стало с каждым днём приближаться к своему концу.

IV

История диктатуры пролетариата учит нас, что самой основной из всего великого множества проблем классовой борьбы в условиях диктатуры пролетариата по-прежнему является вопрос о власти.

Наш великий вождь Председатель Мао Цзэ-дун обобщил богатый исторический опыт диктатуры пролетариата во всём мире и, исходя из того серьёзного факта, что самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, замышляет реставрацию капитализма, лично поднял и возглавил многомиллионные революционные массы, развернул беспрецедентную Великую пролетарскую культурную революцию. Таким образом революция в нашей стране, проводимая в условиях диктатуры пролетариата, вступила в новый этап более широкого и глубокого развития. Это решающая схватка между пролетарским штабом Председателя Мао Цзэ-дуна и буржуазным штабом самого крупного лица, идущего по капиталистическому пути и стоящего у власти в партии.

В великом историческом документе — «Сообщении» ЦК КПК от 16 мая 1966 года — Председатель Мао Цзэ-дун указывает: «Представители буржуазии, пролезшие в партию, правительство, армию и различные сферы культуры, представляют собой группу контрреволюционных ревизионистов. Они готовы при первом удобном случае захватить власть в свои руки и превратить диктатуру пролетариата в диктатуру буржуазии. Одних из этих людей мы уже распознали, других — ещё нет, а третьи всё ещё пользуются нашим доверием и готовятся в качестве нашей смены. К примеру, люди, подобные Хрущёву, находятся бок о бок с нами. Партийные комитеты всех ступеней должны отнестись к этому с полным вниманием». Разоблачая «людей, подобных Хрущёву» и находящихся бок о бок с нами, Председатель Мао Цзэ-дун разоблачает здесь не кого иного, как самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, и возглавляемый им штаб буржуазии.

Почему на протяжении 17 лет революционная линия Председателя Мао Цзэ-дуна непрерывно встречала бойкот и противодействие? Почему все эти годы нет-нет да и прорывалось наружу скрытое течение реставрации капитализма? Это происходило главным образом потому, что в органах диктатуры пролетариата скрывался такой буржуазный штаб. Этот буржуазный штаб является самой большой угрозой для диктатуры пролетариата и самым большим злом для нашего социалистического государства.

Великая пролетарская культурная революция прозвучала траурным звоном для горстки лиц, идущих по капиталистическому пути и облечённых властью в партии. Самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, вместе с другим самым крупным лицом, идущим по капиталистическому пути и стоящим у власти в партии, в бешеных предсмертных потугах разработали и проводили в жизнь буржуазную реакционную линию. Вопреки указанию Председателя Мао Цзэ-дуна, они разослали многочисленные рабочие группы для подавления революционного движения народных масс. В политехническом институте «Цинхуа» и Первой средней школе при Педагогическом институте, где движение направлялось непосредственно китайским Хрущёвым, острие борьбы было направлено против революционных масс, и часть их была зачислена в «контрреволюционеры». В отношении кадров он бил по многим и защищал горстку. В своей резолюции на одном рапорте рабочей группы Пекинского университета, размноженном по его приказу по всей стране, он объявил революционное событие контрреволюционным инцидентом, требуя, чтобы вся страна поступала таким же образом. Таким образом он установил белый террор, устраивал карательные походы против революционеров, подстрекал одну часть масс к борьбе против другой их части, пытаясь потушить буйное пламя Великой пролетарской культурной революции, зажжённое лично Председателем Мао Цзэ-дуном.

Именно в этот ответственный момент наш великий вождь Председатель Мао Цзэ-дун созвал XI пленум ЦК КПК восьмого созыва, опубликовал имеющее великое историческое значение дацзыбао «Огонь по штабу» и лично руководил разработкой «Постановления Центрального Комитета Коммунистической партии Китая о Великой пролетарской культурной революции», что окончательно разоблачило буржуазный штаб, возглавляемый самым крупным лицом, идущим по капиталистическому пути и стоящим у власти в партии, возвестило крах проводимой им буржуазной реакционной линии, провозгласило победу пролетарской революционной линии Председателя Мао Цзэ-дуна. Таков новый вклад Председателя Мао Цзэ-дуна в марксистско-ленинское учение о пролетарской революции и диктатуре пролетариата.

Под личным руководством великого полководца Председателя Мао Цзэ-дуна широкие революционные массы всей страны всё более широко и бурно развёртывали великое революционное массовое движение и в конце концов вывели на чистую воду этого матёрого агента буржуазии внутри партии и его шайку. В охватившем всю страну подъёме широкой революционной критики, окружённые плотным кольцом многомиллионных революционных масс армии и населения, они подобны «крысам, перебегающим улицу», на которых все кричат: «бей их!». Что, в конце концов, представляет из себя этот «колосс» — самое крупное лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии? На это уже дала неопровержимый ответ более чем сорокалетняя история его преступной псевдореволюционной, контрреволюционной деятельности. Неопровержимые улики и железные факты налицо. Разве можно увильнуть от всего этого, отпереться, устоять?

Позволь спросить, заразы Дух,
Куда подашься ты?
В огне бумажный челн, пылают свечи,
И небо заревом горит.

Великая пролетарская культурная революция является великим праздником нашего великого народа. В лучезарном свете идей Мао Цзэ-дуна бурлит море несметных красных знамен, многомиллионные массы борются, учатся, критикуют буржуазию. Идеи Мао Цзэ-дуна стали хлебом, оружием и компасом для сотен миллионов масс. Они клянутся быть достойными бойцами Председателя Мао Цзэ-дуна, клянутся защищать страну пролетариата, чтобы она сохранила красный цвет во веки веков! Идеи Мао Цзэ-дуна объединили сотни миллионов масс в неодолимую, всепобеждающую великую материальную силу, сотрясающую старый мир и созидающую новый мир.

«Спасти Китай может только социализм»!

На протяжении нескольких десятилетий наш великий учитель, великий вождь, великий полководец, великий кормчий Председатель Мао Цзэ-дун во главе мощной многомиллионной революционной армии преследует разбитого врага, скручивает седого дракона, создаёт величественные картины, карает мракобесие. Он ведёт корабль китайской революции, преодолевая бурные течения, обходя подводные рифы, наперекор ветру и волнам, вперёд к новым победам. Он поднял марксизм-ленинизм на совершенно новый этап — этап идей Мао Цзэ-дуна.

Это Председатель Мао Цзэ-дун указал, что новодемократическая революция является необходимой подготовкой к социалистической революции, а социалистическая революция — неизбежным продолжением новодемократической революции. Сразу после победы новодемократической революции необходимо, не допуская ни малейшего перерыва, перевести революцию на социалистический этап.

Это Председатель Мао Цзэ-дун указал, что винтовка рождает власть, что старый мир господства империалистов и реакционеров всех мастей можно перестроить только с помощью винтовки.

Это Председатель Мао Цзэ-дун указал, что после захвата власти пролетариат должен отстоять и укреплять диктатуру пролетариата, должен неуклонно следовать по социалистическому пути. Сколько бы ни было дел, ни на минуту нельзя забывать о диктатуре пролетариата.

Это Председатель Мао Цзэ-дун лично развернул беспрецедентную Великую пролетарскую культурную революцию и указал, что на протяжении всего исторического периода социалистического общества будут существовать классы и классовая борьба, что необходимо довести до конца революцию в условиях диктатуры пролетариата.

«Восток заалел, Солнце взошло,
В Китае появился Мао Цзэ-дун».

Направление, указанное Председателем Мао Цзэ-дуном, есть направление революционных народов всего мира. Путь, проложенный Председателем Мао Цзэ-дуном, есть путь движения вперёд всех революционных народов мира.

Куда идёт Китай? Куда идёт мир? Колесо истории движется вперёд в направлении, указанном идеями Мао Цзэ-дуна!

Примечания

5-1 «Критика работы клуба в прошлом и планы на будущее», 20 августа 1923 г.

6-1 Ханькоуская газета «Миньго жибао» за 5 июля 1927 г.

6-2 «Вопросы стратегии и тактики китайской революции», 10 октября 1942 г.

6-3 Там же.

8-1 «Доклад о текущей обстановке», 1 февраля 1946 г.

9-1 «Доклад о текущей обстановке», 1 февраля 1946 г.

10-1 «Доклад о текущей обстановке», 1 февраля 1946 г.

14-1 «Речь на совещании Всекитайского комитета Народного Политического Консультативного Совета», 4 ноября 1951 г.

15-1 Цитируется из статьи «Патриотизм или национальное предательство?».

15-2 «Речь на первом Всекитайском слете молодёжи», 12 мая 1949 г.

15-3 «Речь на Первой сессии Народного Политического Консультативного Совета Китая», 21 сентября 1949 г.

16-1 «Речь на первом Всекитайском слете молодёжи», 12 мая 1949 г.

16-2 «Речь на собеседовании промышленников и коммерсантов», 25 апреля 1949 г.

18-1 «Речь на собеседовании промышленников и коммерсантов», 25 апреля 1949 г.

19-1 «Речь на первом Всекитайском слете молодёжи»,. 12 мая 1949 г.

20-1 «Указание по работе в Тяньцзине», 24 апреля 1949 г.

20-2 «Речь на собеседовании промышленников и коммерсантов», 25 апреля 1949 г.

20-3 Там же.

20-4 Там же.

21-1 «Указание по работе в Тяньцзине», 24 апреля 1949 г.

21-2 «Указание Ань Цзы-вэню и другим», 23 января 1950 г.

21-3 «Резолюция на докладе Шаньсинского провинциального комитета партии «Поднять на новую высоту организации взаимопомощи в старых освобождённых районах»», 3 июля 1951 г.

22-1 «Указание Ань Цзы-вэню и другим», 23 января 1950 г.

25-1 Беседа с зарубежным гостем 13 июля 1956 г.

25-2 «Речь на собрании кадровых работников-коммунистов Шанхая», 27 апреля 1957 г.

26-1 Беседа с иностранцами 17 июня 1956 г.

27-1 Выступление на заседании Постоянного Комитета Всекитайского Собрания народных представителей от 16 ноября 1956 г.

28-1 «Выступление на собеседовании кадровых работников Цзинаньского военного округа», 9 июля 1964 г.

28-2 «Выступление на собеседовании секретарей окружных комитетов партии провинции Хэбэй», 2 июля 1964 г.

28-3 «Речь на 18-м Верховном Государственном Совещании», 21 марта 1962 г.

29-1 «Указание шицзячжуанской и усийской обследовательским группам, направленным канцелярией ЦК», 24 апреля 1962 г.

29-2 «Выступление на рабочем совещании ЦК», 31 мая 1961 г.

29-3 «Выступление на рабочем совещании ЦК», 8 февраля 1962 г.

30-1 Выступление в июне 1962 г.

30-2 Выступление 22 октября 1961 г.

30-3 Беседа с зарубежным гостем 6 марта 1963 г.

30-1 Беседа с зарубежными товарищами 27 июня 1962 г.

31-1 Беседа с иностранцем 26 апреля 1963 г.

31-2 Беседа с зарубежными товарищами 20 июля 1963 г.